Михалков уговорил Путина на 2,3 миллиарда рублей 

Министерство культуры доработало документ, определяющий дальнейшую судьбу киноотрасли. Судьбу эту, как теперь стало окончательно ясно, решили несколько бесед главы Союза кинематографистов Никиты Михалкова с премьером Владимиром Путиным (последний заметил на сей счет, что первый ему «всю плешь проел»).

Результатом этого плодотворного общения и явилось заседание совета по развитию кинематографии 3 ноября, где Михалков в присутствии Путина и всех заинтересованных чиновников озвучил идею перераспределения бюджетных субсидий на производство кино через специальный фонд социальной и экономической поддержки кинематографии, который будет выбирать среди производителей «лидеров», достойных получить государственную поддержку.

Идея стала неожиданностью и для Министерства культуры, заканчивавшего в то время работу над своей схемой финансирования кинопроектов, и для Гильдии продюсеров, объединяющей 90% кинопродюсеров. Гильдия немедленно направила разгневанное письмо премьеру, предположив, что «лидерами» Михалков понимает самого себя и своих товарищей.

Письму Путин, похоже, не внял. По крайней мере, сразу после заседания Минкульт приступил к написанию новой методики распределения субсидий и к 9 декабря отправило его премьеру (см. документ). А потом с несвойственной правительственной бюрократии скоростью согласовал проект с заинтересованными ведомствами, в частности с Минфином.

Из проекта исчезли пассажи про стратегическую значимость кинематографа, положение о прямом поощрении продюсеров, которым удалось привлечь на фильмы более 1 млн зрителей – изначально предполагалось, что они получат из госбюджета «до 10% общих кассовых сборов за отчетный период».

А также – самое главное – положение о конкурсном отборе (и по согласованию с Минкультом) этих самых «лидеров» кинематографа. То есть решение, как и кого выбирать, отдается целиком на откуп фонду.
 
Себе Минкульт отрезал кусочек от михалковского пирога: чуть больше 1,4 млрд будет в 2010 году распределять само ведомство – на поддержку  производства и проката анимационных, дебютных, авторских, документальных, научно-популярных и экспериментальных фильмов. Но бóльшая часть – около 2,3 млрд рублей – направится в фонд  поддержки: он будет раздавать средства на производство художественных фильмов «лидеров». А те, в свою очередь, выберут на рынке на свой вкус те сценарии, которые по их мнению, обеспечат фильмам кассу.
 
Как будет отбирать сценарии Министерство культуры, известно – из версии проекта, имеющейся в наличии у Slon.ru, видно, что специально для этого планируется создать экспертные комиссии, в которые войдут «творческие работники» индустрии. Но не ясны принципы работы фонда: кто войдет в число «лидеров производства», кому будут принадлежать права на снятый фильм, кто будет принимать решение о прокате и т.д.

Не назначен и руководитель фонда. По словам источника Slon.ru в Минкульте, им может стать советник председателя совета директоров «Трансмашхолдинга» Сергей Толстиков. Получить комментарии Толстикова Slon.ru не удалось. Известно лишь, что он наравне с чиновниками и кинематографистами присутствовал и 17 декабря на совещании у зампреда правительства РФ Александра Жукова, где обсуждался проект постановления, и 3 ноября – на «историческом» заседании совета по развитию кинематографии.

Кто бы ни возглавил фонд, считают продюсеры, деньги получат «те, кому надо». «Это сырое, непроработанное, скороспелое решение. Знаете как говорят: чтобы распилить бабло, надо подстелить красивую подкладку. Вот, фонд – это красивая подкладка», – считает продюсер Сергей Члиянц
 
Прямая речь «Фонд – это красивая подкладка для распила бабла» Продюсер, режиссер Сергей Члиянц
о финансировании художественных кинофильмов через Фонд:

Это все глупость. Сырое, непроработанное, скороспелое решение. В самом по себе каком бы то ни было фонде ничего плохого нет, но только если он создается с целью того, чтобы создать более гибкую процедуру. Но она не будет гибкой, естественно, потому что все это – коррумпированная схема, связанная с распилом денег. Просто некоторая часть сообщества решила вытащить под себя денежные ресурсы. При этом кто возглавит этот фонд – не имеет значения. Это закулисная договоренность. Знаете, как в России говорят, чтобы распилить бабло, надо подстелить подкладку красивую. Вот фонд – это красивая подкладка.

Минкульт не без греха, но только в том смысле, что Минкульт не справился с лоббизмом. Это не проблема Министерства культуры, что финансировались безликие проекты зачастую. Об этом ни одна сволочь не говорит. Вот пусть бы лучше те сволочи, которые звонили чиновникам Минкульта из высоких кабинетов и заставляли финансировать всякое дерьмо, сейчас на себя посмотрели в зеркало. Кто только ни звонил руководителям Министерства культуры с просьбой, с требованием профинансировать того или иного своего друга. Это были и силовики, и крупные федеральные чиновники, и партийные лидеры, и преступные авторитеты.

Минкульт, между прочим, финансировал довольно приличные картины. Вы практически не найдете ни одной заметной работы, которая бы не была поддержана Минкультом.

Первая проблема прежней системы заключалась в чрезвычайной слабости аппарата, вот этой всей команды Министерства культуры, которая не могла противостоять тотальному лоббизму. Вторая – в том, что не было создано достоверной экспертизы.

Все дело в том, что в основу решений совета при премьер-министре положена фальшивая информация, ложная. Для того чтобы пролоббировать такого рода решение, люди, которые это продвигали, врали премьер-министру. Во-первых, врали в анализе рынка, в анализе отрасли. Во-вторых, просто для того чтобы разобраться во всем этом хитросплетении, необходимо больше времени, чем есть у премьер-министра. Даже внутри нашего сообщества мало кто понимает всю эту сложную цепочку взаимосвязей – как, что и почему работает.

То есть тут государственные стремления к вертикализации власти во всем, к тому, чтобы подчинить и сделать прозрачным и подконтрольным процесс, который государство продвигает во всех отраслях в стране, совпали с групповым интересом части товарищей, которые хотят монетизировать свою биографию. Как кто-то говорил, полжизни вы работаете на свою биографию, потом биография работает на вас. Но если силенок с возрастом становится уже немного, то надо как-то успеть застолбить и закрепить ранее созданное. И тогда нужно объяснить премьер-министру, что есть какие-то особо отличившиеся компании, поэтому необходимо финансировать кино через них, для того, чтобы не своровали.

Тогда возникает вопрос: если вы печетесь о государственных деньгах, так станьте вы экспертным советом при органе госвласти, товарищи выдающиеся. Раз вы великие, раз вы лучше всех знаете, что нужно, а мы – несчастные, сирые и убогие – будем к вам приходить, давать вам свои несчастные проекты, а вы будете решать казнить или помиловать. Соберитесь, сколько бы вас там ни было человек – семь или двенадцать – и станьте экспертным советом, который бы принимал решения по выделению госсредств, в том числе себе, в том числе, другим. Встаньте на страже государственных интересов, государственных финансов, государственного мировоззрения, идеологии и так далее. А почему вы бабки себе берете?

Российский рынок в отношении национального кино – слабый. Желание зрителей смотреть русское кино подорвано – давно и надежно. Русские фильмы получают зрителя только в том случае, если они чрезвычайно агрессивно рекламируются. Русский рынок давно стал частью американского. Если нашему государству интересно сохранять национальную культуру в части кинематографии, то это принципиально другой подход.

Парадокс ситуации в том, что государство финансирует кассовое кино. Это как понимать?

Второе – где грань между кассовым и некассовым? В том-то и дело, что настоящее кино находится как раз посередине. Это и есть тот самый мейнстрим, о котором никто и не говорит. Вас просто кормят туфтой, говоря, кассовое кино – здесь, а арт-хаусное – в это окошко. А я хочу и то, и другое в одном проекте совместить. Мне куда?

Схема, когда фонд финансирует компании, а компании уже шерстят на свободном рынке в поисках проектов, отразится на рынке плохо, потому что орел в неволе не размножается. Потому что те молодые люди, которым сегодня  24 – 30 лет, которые видят себя в этой профессии, должны будут теперь долго и нудно, вместо того чтобы пойти в государственный уполномоченный орган с проектом и с помощью существующей там экспертизы доказать свою состоятельность, убеждать некое физическое лицо, у которого есть свой вкус, свой жизненный опыт, свой, кстати, пятидесятилетний возраст, и своя история удач и неудач. Рождение нового поколения продюсеров затормозится, потому что выбирать проекты будут слишком субъективные и слишком старые люди.

Опыт – это не все. Вспомните, как со сменой государственного уклада стали, в общем, бесперспективны все усилия предыдущего поколения кинематографистов, хотя они еще не были старыми людьми. Они просто не поняли этой жизни, этой страны, новых движений. И оказались за бортом зрительской любви. И точно так же наше поколение сегодня . Старое поколение продюсеров, то есть мы, обосралось, мы свой рынок проиграли американцам. Мы не получили любви нашей аудитории: наш народ наши фильмы не любит, за исключением пяти наименований. У нас были шансы, был кредит доверия зрителей, приблизительно он был у нас десять лет назад и закончился где-то в 2007. А это значит, что фильмы станут хуже. Это значит, что те хорошие проекты, которые были не реализованы в старой системе, точно так же не будут реализованы и в новой. Нашим гражданам требуются фильмы про себя и про свою страну, а русское коммерческое кино – это вампука. Если у нее нет рекламной поддержки, она вообще никуда не идет. Люди приходят в зал, платят деньги, а потом плюются – оно лживое, фальшивое.

Еще раз, есть единый принцип, который может позволить что-либо вообще развивать, – это принцип экспертизы отдельно взятого проекта, и даже если эта экспертиза заинтересованна и коррумпированна, то лишь бы она была бы открытой, прозрачной и понятной. Во Франции тоже такое есть – там тоже есть экспертиза, и там тоже есть определенного рода лоббизм, но при распределении государственных денег это неизбежно.

Просто цель здесь другая – никто не пытается сделать русское кино более качественным, а пытается сделать подконтрольным, прозрачным, приблизив к себе любимому, и избавиться от конкурентов.
 
По его словам, слабость Минкульта была не в том, что иногда государство финансировало безликие проекты («кто только не звонил руководителям Министерства культуры с просьбой или с требованием профинансировать того или иного своего друга, – и силовики, и крупные федеральные чиновники, и партийные лидеры, и преступные авторитеты»), а в том, что не смогли справиться с лоббизмом «некоторых товарищей».

Теперь в Минкультуры ожидают одобрения Минюста, после чего постановление подпишет премьер – еще до Нового года. Скорее всего, говорит источник в Минкульте, документ кардинальным образом уже не изменится.

Получить комментарий относительно того, кого Члиянц называет «некоторыми товарищами», не удалось.

Надежда Куприна
http://www.slon.ru/articles/226796/